Суть спора
В 2018 году женщина оформила ипотечный кредит, а в 2024 году заключила договор комплексного ипотечного страхования, который предусматривал полную выплату страховой суммы в случае смерти застрахованного. В том же году она скончалась, оставив задолженность перед банком в размере девятьсот сорок две тысячи четыреста девять рублей.
Наследники обратились к страховой компании с требованием выплатить страховую сумму, однако страховщик отказал, ссылаясь на то, что умершая якобы скрыла заболевание, выявленное до заключения договора.
Действия наследников
Для защиты своих прав наследники обратились к финансовому уполномоченному по правам потребителей финансовых услуг. Уполномоченный вынес решение в их пользу, потребовав от страховщика произвести страховое возмещение.
Судебные решения
Суд первой инстанции отметил, что умысел заемщицы на сокрытие информации о состоянии здоровья не доказан, а также указал, что страховая компания пропустила срок исковой давности.
Апелляционный суд подчеркнул, что страховщик не воспользовался правом проверить достоверность предоставленных страхователем сведений о здоровье, что предусмотрено статьёй 945 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Кассационный суд согласился с выводами нижестоящих судов, подтвердив, что для признания договора недействительным необходимо наличие заведомо ложных сведений, а в данном случае таковых не было.
Выводы
Судебная практика подтверждает, что страховые компании обязаны выполнять условия договоров, если нет доказательств умышленного предоставления ложных данных застрахованным. Принятое решение укрепляет позиции наследников в аналогичных спорах и служит важным прецедентом для защиты прав потребителей страховых услуг.